Адвокат Элизабет Сайдерс подал ходатайство о воссоединении женщины с её 16 детьми — несмотря на то, что её и членов семьи обвиняют в жестоком обращении. 33-летняя Элизабет Сайдерс, её муж Гэри Сайдерс-младший (36 лет) и его родители — Гэри Сайдерс-старший (73 года) и Кристина Сайдерс (66 лет) — обвиняются по 16 пунктам в создании угрозы для жизни детей второй степени. Все четверо свою вину отрицают.
Ходатайство об освобождении
Элизабет сейчас находится под стражей с залогом в 300 тысяч долларов. Её адвокат Дж. Томас Столли просит суд выпустить подзащитную под определённые условия — и утверждает, что она не представляет угрозы, поскольку ранее не привлекалась к ответственности.
В ходе бесед с адвокатом подсудимая заявляет, что её главное желание — воссоединиться с детьми; она понимает, что любое воссоединение невозможно, если она не будет являться в суд,
— говорится в документе, который цитирует WOWK 13. Столли также настаивает: после того как детей изъяли из семьи, Элизабет больше не представляет для них опасности. Судья пока не вынес решения.
Что произошло
Напомним: Элизабет арестовали 30 июня вместе с мужем и свёкрами. Когда полиция нагрянула в дом, детей обнаружили запертыми в крошечной комнате, где были следы человеческих фекалий. Никто из детей не учился в школе. Старший ребёнок — предположительно, с особенностями развития — не умел писать своё имя. Изначально залог для всех обвиняемых установили в 300 тысяч долларов. Гэри Сайдерс-старший вышел на свободу 8 июля — его госпитализировали по состоянию здоровья.
Защита: «Она не исчадие ада»
В эфире NewsNation’s CUOMO 9 июля Столли настаивал: Элизабет
не выглядит как чистое зло,
как её рисуют СМИ.
Человек, которого я встретил, — это мать, разлучённая с детьми, измотанная, скучающая по ним. Она постоянно спрашивает меня, что ей сделать, чтобы снова увидеть детей, чтобы в конечном итоге воссоединиться с ними
, — рассказал адвокат ведущему Крису Куомо. Столли также заявил, что дело «абсолютно сенсационализировано медиа», и публика не готова узнать реальную Элизабет.
Это не совпадает с нарративом прокуратуры. Не совпадает с нарративом генпрокурора. И из-за той риторики, которую использовали в самом начале, мы сейчас вынуждены защищать её в телеэфире и прессе, а не в зале суда
, — добавил защитник.
