Убийца четырех студентов Университета Айдахо не смирился с приговором. Он жалуется на еду, просит перевести его в другой блок и снова заявляет о своей невиновности — спустя год после того, как признал вину.
Где сидит Кобергер
Брайан Кобергер отбывает наказание в тюрьме строгого режима Idaho Maximum Security Institution в городке Куна, штат Айдахо. Туда его перевели сразу после вынесения приговора в июле 2025 года. Бывшего аспиранта Университета штата Вашингтон приговорили к четырем последовательным пожизненным срокам без права на досрочное освобождение плюс к десяти годам за кражу со взломом. Похоже, тихо отбывать срок Кобергер не собирается. По данным источников, он пытается связаться с другими известными убийцами, угрожает причинить себе вред и постоянно просит перевести его в другой тюремный блок.
«Он видит себя выше всех»
Отставной детектив по расследованию убийств Крис МакДонаф рассказал Fox News 6 декабря 2025 года, что Кобергер никак не может привыкнуть к тюремной жизни. По словам МакДонафа, тот
считает себя выше всех вокруг.
— и такое отношение явно не нравится другим заключенным. Из-за постоянных насмешек и угроз со стороны сокамерников Кобергер просил перевести его в другой блок. Он даже угрожал навредить себе, сообщают источники. Отдельная боль — тюремная еда. Кобергер — веган, так что выбор у него и так скромный. Но больше всего его возмущают бананы.
«Бананы, которые подают в учреждении, «не того сорта, который он любит». Я не уверен, значит ли это, что на них есть пятна, и ему это не нравится, или есть какой-то особый сорт бананов, который он предпочитает. Вы не можете это выдумать, верно? Парень убил четверых, а теперь жалуется, что бананы не того сорта», — цитирует МакДонафа Daily Mail.
«Он пытается общаться и с теми, кто внутри стен, и с теми, кто снаружи», — добавил МакДонаф.
«Моя настоящая невиновность — это моя правда, а признание, построенное на ложных обещаниях и вопиющей дезинформации, ДОЛЖНО быть отозвано», — заявил Кобергер в интервью The New York Times 26 июля 2026 года.
«Почему я нарушаю молчание? — сказал он. — В переговорах о признании многое пошло не так. Я очень хочу, чтобы.
